• Приглашаем посетить наш сайт
    Мода (www.modnaya.ru)
  • Cлово "СТАТЬ"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
    Поиск  

    Варианты слова: СТАЛ, СТАЛО, СТАНЕТ, СТАЛА, СТАЛИ

    1. Копыто инженера
    Входимость: 33.
    2. Луч жизни
    Входимость: 25.
    3. Записки юного врача. Морфий
    Входимость: 21.
    4. Тайному другу
    Входимость: 20.
    5. Мастер и Маргарита. Глава 23
    Входимость: 19.
    6. Дело было в Грибоедове
    Входимость: 18.
    7. Белая гвардия. Глава 13
    Входимость: 18.
    8. Записки юного врача. Вьюга
    Входимость: 18.
    9. Белая гвардия. Глава 11
    Входимость: 17.
    10. Мастер и Маргарита. Глава 18
    Входимость: 17.
    11. Мастер и Маргарита. Глава 13
    Входимость: 17.
    12. Черный маг
    Входимость: 16.
    13. Мастер и Маргарита. Глава 24
    Входимость: 16.
    14. Белая гвардия. Глава 10
    Входимость: 16.
    15. Записки юного врача. Стальное горло
    Входимость: 16.
    16. Мешков В. А.: Булгаков, Троцкий, Фрунзе и Крым в 1920 году
    Входимость: 15.
    17. Мастер и Маргарита. Глава 22
    Входимость: 15.
    18. Булгаковская энциклопедия (краткая). СТАЛИН
    Входимость: 15.
    19. Белая гвардия. Глава 12
    Входимость: 15.
    20. Театральный роман. Глава 13
    Входимость: 15.
    21. Мастер и Маргарита. Глава 21
    Входимость: 14.
    22. Булгаковская энциклопедия (краткая). «МАСТЕР И МАРГАРИТА»
    Входимость: 14.
    23. Мастер и Маргарита. Глава 30
    Входимость: 14.
    24. Белая гвардия. Глава 6
    Входимость: 13.
    25. Мастер и Маргарита. Глава 26
    Входимость: 12.
    26. Виктор Лосев. Фантастический роман о дьяволе
    Входимость: 12.
    27. Роковые яйца. Глава 8
    Входимость: 12.
    28. Театральный роман. Глава 12
    Входимость: 11.
    29. Булгаковская энциклопедия (краткая). «БЕГ»
    Входимость: 11.
    30. Белая гвардия. Глава 15
    Входимость: 11.
    31. Театральный роман. Глава 16
    Входимость: 11.
    32. Записки юного врача. Звездная сыпь
    Входимость: 11.
    33. Мастер и Маргарита. Глава 15
    Входимость: 10.
    34. Театральный роман. Глава 9
    Входимость: 10.
    35. Мастер и Маргарита. Глава 27
    Входимость: 10.
    36. Мешков В. А.: Мистика Михаила Булгакова и Евпатория
    Входимость: 10.
    37. Белая гвардия. Глава 18
    Входимость: 10.
    38. Блаженство (сон инженера Рейна). 1-я редакция
    Входимость: 10.
    39. Черное море
    Входимость: 10.
    40. Зойкина квартира
    Входимость: 10.
    41. Мертвые души. Действие 2
    Входимость: 10.
    42. Мертвые души (Киносценарий). Часть 3
    Входимость: 10.
    43. Записки на манжетах
    Входимость: 9.
    44. Булгаковская энциклопедия (краткая). ВЕЛИКИЙ БАЛ У САТАНЫ
    Входимость: 9.
    45. Мастер и Маргарита. Глава 14
    Входимость: 9.
    46. Мастер и Маргарита. Черновики. Третья редакция. Глава 8
    Входимость: 9.
    47. Михаил Булгаков в «Трудах и днях Максимилиана Волошина»
    Входимость: 9.
    48. Мастер и Маргарита. Черновики. Третья редакция. Глава 10
    Входимость: 9.
    49. Булгаковская энциклопедия (краткая). МАСТЕР
    Входимость: 9.
    50. Мастер и Маргарита. Черновики. Третья редакция.
    Входимость: 9.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. Копыто инженера
    Входимость: 33. Размер: 78кб.
    Часть текста: это протокол Синедриона Ясно написано - самозванец. Вот и показания добрых людей - свидетелей. Иешуа шмыгнул высыхающим носом и вдруг такое проговорил по-гречески, заикаясь: - Д-добрые свидетели, о игемон, в университете не учились. Неграмотные, и все до ужаса перепутали, что я говорил. Я прямо ужасаюсь. И думаю, что тысяча девятьсот лет пройдет, прежде чем выяснится, насколько они наврали, записывая за мной. Вновь настало молчание. - За тобой записывать? - тяжелым голосом спросил Пилат. - А ходит он с записной книжкой и пишет, - заговорил Иешуа, - этот симпатичный... Каждое слово заносит в книжку... А я однажды заглянул и прямо ужаснулся... Ничего подобного прямо. Я ему говорю, сожги, пожалуйста, ты эту книжку, а он вырвал ее и убежал. - Кто? - спросил Пилат. - Левий Матвей, - пояснил арестант, - он был сборщиком податей, а я его встретил на дороге и разговорился с ним... Он послушал, послушал, деньги бросил на дорогу и говорит: ну, я пойду с тобой... - Сборщик податей бросил деньги на дорогу? - спросил Пилат, поднимаясь с кресла, и опять сел. - Подарил, - пояснил Иешуа, проходил старичок, сыр нес, а Левий говорит ему: "На, подбирай!" Шея у секретаря стала такой длины, как гусиная. Все молчали. - Левий симпатичный? - спросил Пилат, исподлобья глядя на арестованного. -...
    2. Луч жизни
    Входимость: 25. Размер: 58кб.
    Часть текста: в театр не ходил, а жена профессора сбежала от него в 1913 году, оставив ему записку такого содержания: "Невыносимую дрожь отвращения возбуждают во мне твои лягушки. И всю жизнь буду несчастна из-за них". Профессор больше не женился и детей не имел. Был очень вспыльчив, но отходчив, жил на Пречистенке, в квартире из 5 комнат, одну из которых занимала сухонькая старушка, экономка Марья Степановна, ходившая за профессором, как нянька. В 1919 году у профессора отняли из 5 комнат 2. Тогда он заявил Марье Степановне: - Если они не прекратят эти безобразия, Марья Степановна, я уеду за границу. Нет сомнения, что, если бы профессор осуществил этот план, ему очень легко удалось бы устроиться при кафедре зоологии в любом университете мира, ибо ученый он был совершенно первоклассный, а в той области, которая так или иначе касается земноводных или голых гадов, и равных себе не имел, за исключением профессора Уильяма Веккля в Кембридже и Джиакомо Бартоломео Беккари в Риме. Читал профессор на 4 языках, кроме русского, а по-французски и немецки говорил, как по-русски. Намерения своего относительно заграницы Персиков не выполнил, и 20-й год вышел еще хуже 19-го, и в террариях Зоологического института, не вынеся всех пертурбаций знаменитого года, издохли первоначально 8 великолепных экземпляров квакшей, затем 15 обыкновенных жаб и, наконец, исключительнейший экземпляр жабы суринамской. Подобно тому как амфибии оживают после долгой засухи при первом обильном дожде, ожил профессор Персиков в 1926 году, когда соединенная Американо-русская компания выстроила, начав с угла Газетного переулка и Тверской, в центре Москвы, 15 пятнадцатиэтажных домов, а на окраине 300 рабочих коттеджей, каждый на 8...
    3. Записки юного врача. Морфий
    Входимость: 21. Размер: 56кб.
    Часть текста: разрывал бандероль на газете от прошлой недели с таким сердечным биением, точно счастливый любовник голубой конверт, ежели кто-нибудь ездил на роды за 18 верcт в санях, запряженных гуськом, тот, надо полагать, поймет меня. Уютнейшая вещь керосиновая лампа, но я за электричество! И вот я увидел их вновь, наконец, обольстительные электрические лампочки и главная улица городка, хорошо укатанная крестьянскими санями, улица, на которой, чаруя взор, висели - вывеска с сапогами, золотой крендель, изображение молодого человека со свиными наглыми глазками и с абсолютно неестественной прической, означавшей, что за стеклянными дверями помещается местный Базиль, за 30 копеек бравшийся вас брить во всякое время, за исключением дней праздничных, коими изобилует отечество мое. До сих пор с дрожью вспоминаю салфетки Базиля, салфетки, заставлявшие неотступно представлять себе ту страницу в германском учебнике кожных болезней, на которой с убедительной ясностью изображен твердый шанкр на подбородке у какого-то гражданина. Но и салфетки эти все же не омрачат моих воспоминаний! На перекрестке стоял живой милиционер, в запыленной витрине смутно виднелись железные листы с тесными рядами пирожных с рыжим кремом, сено устилало площадь, и шли, и ехали, и разговаривали, в будке торговали вчерашними московскими газетами, содержащими в себе потрясающие известия, невдалеке призывно пересвистывались московские поезда. Словом, это была цивилизация, Вавилон, Невский проспект. О больнице и говорить не приходится. В ней было хирургическое отделение, терапевтическое, заразное, акушерское. В больнице была операционная, в ней сиял автоклав, серебрились краны, столы раскрывали свои хитрые лапы, зубья, винты. В больнице был старший врач, три ординатора (кроме меня). Фельдшера, акушерки, сиделка, аптека и лаборатория. Лаборатория, подумать только! С цейсовским микроскопом, прекрасным запасом красок. Я вздрагивал и холодел, меня давили впечатления. Немало дней прошло,...
    4. Тайному другу
    Входимость: 20. Размер: 57кб.
    Часть текста: только одно - зачем Вам это? И еще: дайте слово, что Вы не отдадите в печать эту тетрадь даже и после моей смерти. II. Доисторические времена Видите ли: в Москве в доисторические времена (годы 1921 -1925) проживал один замечательный человек. Был он усеян веснушками, как небо звездами (и лицо, и руки), и отличался большим умом. Профессия у него была такая: он редактор был чистой крови и божьей милостью и ухитрился издавать (в годы 1922-1925!!) частный толстый журнал! Чудовищнее всего то, что у него не было ни копейки денег. Но у него была железная неописуемая воля, и, сидя на окраине города Москвы в симпатичной и грязной квартире, он издавал. Как увидите дальше, издание это привело как его, так и ряд других лиц, коих неумолимая судьба столкнула с этим журналом, к удивительным последствиям. Раз человек не имеет денег, а между тем болезненная фантазия его пожирает, он должен куда-то бежать. Мой редактор и побежал к одному. И с ним говорил. И вышло так, что тот взял на себя издательство. Откуда-то появилась бумага, и книжки, вначале тонкие, а потом и толстые стали выходить. И тотчас же издатель прогорел. Но ведь как? Начисто, форменно. От человека осталась только дымящаяся дыра. Вы скажете, к чему я все это рассказываю? Еще бы мне не рассказывать! Вы спрашиваете, как я сделался драматургом, вот я и рассказываю. Да. Так вот, прогорел. Прогорел настолько, что, когда моя судьба закинула меня именно в тот дом и квартиру, где приютился прогоревший, я видел его единственное средство (по его мнению) к спасению. Средство это заключалось ...
    5. Мастер и Маргарита. Глава 23
    Входимость: 19. Размер: 31кб.
    Часть текста: Какая-то сила вздернула Маргариту и поставила перед зеркалом, и в волосах у нее блеснул королевский алмазный венец. Откуда-то явился Коровьев и повесил на грудь Маргариты тяжелое в овальной раме изображение черного пуделя на тяжелой цепи. Это украшение чрезвычайно обременило королеву. Цепь сейчас же стала натирать шею, изображение тянуло ее согнуться. Но кое-что вознаградило Маргариту за те неудобства, которые ей причиняла цепь с черным пуделем. Это - та почтительность, с которою стали относиться к ней Коровьев и Бегемот. - Ничего, ничего, ничего! - бормотал Коровьев у дверей комнаты с бассейном, - ничего не поделаешь, надо, надо, надо. Разрешите, королева, вам дать последний совет. Среди гостей будут различные, ох, очень различные, но никому, королева Марго, никакого преимущества! Если кто-нибудь и не понравится... Я понимаю, что вы, конечно, не выразите этого на своем лице... Нет, нет, нельзя подумать об этом! Заметит, заметит в то же мгновение. Нужно полюбить его, полюбить, королева. Сторицей будет вознаграждена за это хозяйка бала! И еще: не пропустить ...

    © 2000- NIV