• Приглашаем посетить наш сайт
    Фет (fet.lit-info.ru)
  • Cлово "ФИЛИПП"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
    Поиск  

    Варианты слова: ФИЛИППА, ФИЛИППУ, ФИЛИППОМ, ФИЛИППЕ

    1. Собачье сердце. Глава 6
    Входимость: 73.
    2. Собачье сердце. Глава 8
    Входимость: 73.
    3. Собачье сердце. Глава 3
    Входимость: 55.
    4. Собачье сердце. Глава 2
    Входимость: 51.
    5. Собачье сердце. Глава 7
    Входимость: 38.
    6. Театральный роман. Глава 11
    Входимость: 21.
    7. Жизнь господина де Мольера. Глава 11
    Входимость: 16.
    8. Собачье сердце. Глава 4
    Входимость: 16.
    9. Собачье сердце. Глава 9
    Входимость: 14.
    10. Собачье сердце. Глава 10
    Входимость: 11.
    11. Булгаковская энциклопедия (краткая). «СОБАЧЬЕ СЕРДЦЕ»
    Входимость: 9.
    12. Собачье сердце. Глава 5
    Входимость: 7.
    13. Собачье сердце
    Входимость: 4.
    14. Булгаковская энциклопедия (краткая). «МОЛЬЕР»
    Входимость: 2.
    15. Булгаковская энциклопедия (краткая). ЯЗЫК И СТИЛЬ
    Входимость: 1.
    16. Жизнь господина де Мольера. Глава 19
    Входимость: 1.
    17. Мешков В. А.: Булгаков, Троцкий, Фрунзе и Крым в 1920 году
    Входимость: 1.
    18. Жизнь господина де Мольера. Приложения
    Входимость: 1.
    19. Жизнь господина де Мольера. Глава 10
    Входимость: 1.
    20. Булгаковская энциклопедия (краткая). ПРОДОЛЖЕНИЯ «МАСТЕРА И МАРГАРИТЫ»
    Входимость: 1.
    21. Булгаковская энциклопедия (краткая). МАСОНСТВО
    Входимость: 1.
    22. Булгаковская энциклопедия (краткая). КОРОВЬЕВ-ФАГОТ
    Входимость: 1.
    23. Жизнь господина де Мольера. Глава 24
    Входимость: 1.
    24. Жизнь господина де Мольера. Глава 29
    Входимость: 1.
    25. Фокин П.: Булгаков без глянца (ознакомительный фрагмент). Облик
    Входимость: 1.
    26. Булгаковская энциклопедия (краткая). ТЕАТР ВАРЬЕТЕ
    Входимость: 1.
    27. Копыто инженера
    Входимость: 1.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. Собачье сердце. Глава 6
    Входимость: 73. Размер: 30кб.
    Часть текста: 6 6. Был зимний вечер. Конец января. Предобеденное, предприемное время. На притолоке у двери в приемную висел белый лист бумаги, на коем рукою Филиппа Филипповича было написано: "Семечки есть в квартире запрещаю". Ф. Преображенский. И синим карандащом крупными, как пирожные, буквами рукой Борменталя: "Игра на музыкальных инструментах от пяти часов дня до семи часов утра воспрещается". Затем рукой Зины: "Когда вернетесь, скажите Филиппу Филипповичу: я не знаю - куда он ушел. Федор говорил, что со Швондером". Рукой Преображенского: "Сто лет буду ждать стекольщика?" Рукой Дарьи Петровны (печатно): "Зина ушла в магазин, сказала, приведет". В столовой было совершенно по-вечернему, благодаря лампе под шелковым абажуром. Свет из буфета падал перебитый пополам зеркальные стекла были заклеены косым крестом от одной фасетки до другой. Филипп Филиппович, склонившись над столом, погрузился в развернутый громадный лист газеты. Молнии коверкали его лицо и сквозь зубы сыпались оборванные, куцые, воркующие слова. Он читал заметку: Выражались в гнилом буржуазном обществе) сын. Вот как развлекается наша псевдоученая буржуазия. Семь комнат каждый умеет занимать до тех пор, пока блистающий меч правосудия не сверкнул над ним красным лучом. Шв...Р" Очень настойчиво с залихватской ловкостью играли за двумя стенами на балалайке, и звуки хитрой вариации "светит месяц" смешивались в голове Филиппа Филипповича со словами заметки в ненавистную кашу. Дочитав, он сухо плюнул через плечо и машинально запел сквозь зубы: - Све-е-етит месяц... Све-е-етит месяц... Светит месяц... Тьфу, прицепилась, вот окаянная мелодия! Он позвонил. Зинино лицо просунулось между полотнищами портьеры. - Скажи ему, что пять часов, чтобы прекратил, и позови его сюда, пожалуйста. Филипп Филиппович сидел у стола в кресле. Между пальцами левой руки торчал коричневый окурок сигары. У портьеры, прислонившись к притолоке, стоял, заложив ногу за ногу, человек маленького роста и несимпатичной ...
    2. Собачье сердце. Глава 8
    Входимость: 73. Размер: 31кб.
    Часть текста: - Загремел в дверях Филипп Филиппович, - по такому имени и отчеству в моей квартире я вас не разрешу называть. Если вам угодно, чтобы вас перестали именовать фамильярно "Шариков", и я и доктор Борменталь будем называть вас "господин Шариков". - Я не господин, господа все в париже! - Отлаял Шариков. - Швондерова работа! - Кричал Филипп Филиппович, - ну, ладно, посчитаюсь я с этим негодяем. Не будет никого, кроме господ, в моей квартире, пока я в ней нахожусь! В противном случае или я или вы уйдете отсюда и, вернее всего, вы. Сегодня я помещу в газетах обьявление и, поверьте, я вам найду комнату. - Ну да, такой я дурак, чтобы я сьехал отсюда, - очень четко ответил Шариков. - Как? - Спросил Филипп Филиппович и до того изменился в лице, что Борменталь подлетел к нему и нежно и тревожно взял его за рукав. - Вы, знаете, не нахальничайте, мосье Шариков! - Борменталь очень повысил голос. Шариков отступил, вытащил из кармана три бумаги: зеленую желтую и белую и, тыча в них пальцами, заговорил: - Вот. Член жилищного товарищества, и площадь мне полагается определенно в квартире номер пять у ответственного сьемщика Преображенского в шестнадцать квадратных аршин, - Шариков подумал и добавил слово, которое Борменталь машинально отметил в мозгу, как новое:"благоволите". Филипп Филиппович закусил губу и сквозь нее неосторожно вымолвил: - Клянусь, что я этого Швондера в конце концов застрелю. Шариков в высшей степени внимательно ...
    3. Собачье сердце. Глава 3
    Входимость: 55. Размер: 30кб.
    Часть текста: водками. Все эти предметы помещались на маленьком мраморном столике, уютно присоединившемся к грома резного дуба буфету, изрыгающему пучки стеклянного и серебряного света. Посреди комнаты - тяжелый, как гробница, стол, накрытый белой скатертью, а на ней два прибора, салфетки, свернутые в виде папских тиар, и три темных бутылки. Зина внесла серебряное крытое блюдо, в котором чт чало. Запах от блюда шел такой, что рот пса немедленно наполнился жидкой слюной. "Сады семирамиды"! - Подумал он и застучал по паркету хвостом, как палкой. - Сюда их, - хищно скомандовал Филипп Филиппович. - Доктор Борменталь, умоляю вас, оставьте икру в покое. И если хотите послушаться доброго совета: налейте не английской, а обыкновенной русской водки. Красавец тяпнутый - он был уже без халата в приличном черном костюме - передернул широкими плечами, вежливо ухмыльнулся и налил прозрачной. - Ново-благословенная? - Осведомился он. - Бог с вами, голубчик, - отозвался хозяин. - Это спирт. Дарья Петровна сама отлично готовит водку. - Не скажите, Филипп Филиппович, все утверждают, что очень приличная - 30 градусов. - А водка должна быть в 40 градусов, а не в 30, это, во-первых, - а во-вторых, - бог их знает, чего они туда плеснули. Вы можете сказать - что им придет в голову? - Все, что угодно, - уверенно молвил тяпнутый. - И я того же мнения, - добавил Филипп Филиппович и вышвырнул одним комком содержимое рюмки себе в горло, - ...Мм... Доктор Борменталь, умоляю вас, мгновенно эту штучку, и если вы скажете, что это... Я ваш кровный враг на всю жизнь. "От севильи до гренады...". Сам он с этими словами подцепил на лапчатую серебряную вилку что-то похожее на маленький темный хлебик. Укушенный последовал его примеру. Глаза Филиппа Филипповича засветились. - Это плохо? - Жуя, спрашивал Филипп Филиппович. - Плохо? Вы ответьте, уважаемый доктор. - Это бесподобно, - искренно ответил...
    4. Собачье сердце. Глава 2
    Входимость: 51. Размер: 30кб.
    Часть текста: дымом мотор, вкатил вместо мясной в магазин электрических принадлежностей братьев голубизнер на мясницкой улице. Там у братьев пес отведал изолированной проволоки, она будет почище извозчичьего кнута. Этот знаменитый момент и следует считать началом Шариковского образования. Уже на тротуаре тут же Шарик начал соображать, что "голубой" не всегда означает "мясной" и, зажимая от жгучей боли хвост между задними лапами и воя, припомнил, что на всех мясных первой слева стоит золотая или рыжая раскоряка, похожая на санки. Далее, пошло еще успешней. "А" он выучил в "главрыбе" на углу моховой, потом и "б" - подбегать ему было удобнее с хвоста слова "рыба", потому что при начале слова стоял милиционер. Изразцовые квадратики, облицовывавшие угловые места в москве, всегда и неизбежно означали "сыр". Черный кран от самовара, возглавлявший слово, обозначал бывшего хозяина "чичкина", горы голландского красного, зверей приказчиков, ненавидевших собак, опилки на полу и гнуснейший дурно пахнущий бакштейн. Если играли на гармошке, что было немногим лучше "милой аиды", и пахло сосисками, первые буквы на белых плакатах черезвычайно удобно складывались в слово "неприли...", Что означало "неприличными словами не выражаться и на чай не давать". Здесь порою винтом закипали драки, людей били кулаком по морде, - иногда, в редких случаях, - салфетками или сапогами. Если в окнах висели несвежие окорока ветчины и лежали мандарины... Гау-гау... Га... Строномия.Если темные бутылки с плохой жидкостью... Ве-и-ви-на-а-вина... Елисеевы братья бывшие. Неизвестный господин, притащивший пса к дверям своей роскошной квартиры, помещавшейся в бельэтаже, позвонил, а пес тотчас поднял глаза на большую, черную с золотыми буквами карточку, висящую сбоку широкой, застекленной волнистым и розовым стеклом двери. Три первых буквы он сложил сразу: пэ-ер-о "про". Но дальше шла пузатая двубокая дрянь, неизвестно что означающая. "Неужто пролетарий"? ...
    5. Собачье сердце. Глава 7
    Входимость: 38. Размер: 14кб.
    Часть текста: - ласково сказал Филипп Филиппович, - а то мне уже надоело делать замечания. - Все равно не позволю есть, пока не заложите. Зина, примите майонез у Шарикова. - Как это так "примите"? - Расстроился Шариков, - я сейчас заложу. Левой рукой он заслонил блюдо от зины, а правой запихнул салфетку за воротник и стал похож на клиента в парикмахерской. - И вилкой, пожалуйста, - добавил Борменталь. Шариков длинно вздохнул и стал ловить куски осетрины в густом соусе. - Я еще водочки выпью? - Заявил он вопросительно. - А не будет ли вам? - Осведомился Борменталь, - вы последнее время слишком налегаете на водку. - Вам жалко? - Осведомился Шариков и глянул исподлобья. - Глупости говорите... - Вмешался суровый Филипп Филиппович, но Борменталь его перебил. - Не беспокойтесь, Филипп Филиппович, я сам. Вы, Шариков, чепуху говорите и возмутительнее всего то, что говорите ее безапелляционно и уверенно. Водки мне, конечно, не жаль, тем более, что она не моя, а Филиппа Филипповича. Просто - это вредно. Это - раз, а второе - вы и без водки держите себя неприлично. Борменталь указал на заклеенный буфет. - Зинуша, дайте мне, пожалуйста, еще рыбы, - произнес профессор. Шариков тем временем потянулся к графинчику и, покосившись на Борменталя, налил рюмочку. - И другим надо предложить, - сказал Борменталь, - и так: сперва Филиппу Филипповичу, затем мне, а в заключение себе. Шариковский рот тронула едва заметная сатирическая улыбка, и он разлил водку по рюмкам. - Вот все у вас как на параде, - заговорил он, - салфетку - туда, галстук - сюда, да "извините", да "пожалуйста-мерси", а так, чтобы по-настоящему, - это...

    © 2000- NIV